Арестованного в Махачкале Тамбиева при задержании били ногами

18.06.2019 0 Автор Anvar Chernigovskiy

Управление Следственного комитета России по Дагестану обвинило известного проповедника Абу Умара Саситлинского и еще девять выходцев с Кавказа в финансировании терроризма. Речь идет о сборе средств якобы для финансирования террористической организации «Исламское государство» в Сирии и… в России. Инкриминируемые статьи предусматривают лишение свободы до двадцати лет. Среди подозреваемых и выходец из Карачаево-Черкесии, 28-летний московский предприниматель Кемал Тамбиев. По словам его жены Лауры, несколько лет назад он оставил аспирантуру, в которую поступил после окончания Московского физико-технического университета им. Баумана, и решил сосредоточиться на бизнесе. Жена Тамбиева убеждена – ее муж не имеет отношения к финансированию терроризма. Она – единственный свидетель нарушений, допущенных сотрудниками полиции в ходе задержания мужа в их московской квартире. О них она рассказала ВАЙФОНДу.

ВАЙФОНД:  Чем занимался Ваш муж до задержания?

Лаура Курджиева:  У него детейлинговая компания и магазин натуральных продуктов, это Интернет-магазин. Никакой социальной активностью, которая могла бы привлечь внимание спецслужб, он не занимался. Раньше у него был благотворительный фонд, который помогал людям решать небольшие проблемы: кому-то заплатить за квартиру, рассчитаться с долгами… В 2013 году он сделал пожертвование на строительство колодцев в Африке (проект Абу Умара Саситлинского – авт.), тогда этот фонд еще не был запрещен, его запретили только в 2014 году. Потом мужу заблокировальше наши, это были пожертвования. Он так и не смог разблокировать, ходил в банк, там сказали – по решению суда, на в?» там рекомендовали обратиться в один из отделов банка, и так по кругу. Он оставил эту затею. 

ВАЙФОНД: кроме истории с переводом были какие-то столкновения с ФСБ?

Лаура Курджиева: Нет, никогда. У родственников тоже никаких конфликтов с органами не было. Мы в среднем раз в полгода бываем на родине, в Карачаево-Черкесии. Там тоже ни у кого проблем нет.

ВАЙФОНД: С дагестанским журналистом Абдульмумином Гаджиевым, по делу которого проходит Ваш муж, Кемал раньше встречался?

Лаура Курджиева: Не знаком и никогда не встречался с ним. Впервые о нем муж услышал в связи с этим делом, уже в Махачкале. 

ВАЙФОНД: Что полицейские хотели от Кемала? Что искали? Предъявляли какие-то документы? 

Лаура Курджиева: Когда они стали ломиться к нам в двери, мы вызвали полицию. Муж не открывал, потому что не мог посмотреть в глазок кто там, его закрыли с той стороны. Полицейские приехали и подтвердили, что те, кто к нам ворвался, тоже из полиции. Только перед тем, как взломать двери они один раз крикнслотоколе, что Кемал «оказал сопротивление», поскольку не сразу открыл. Его ударили в лицо, я успела увидеть, что его били ногой в живот, потом нас с детьми закрыаю делали. Никакого постановления на обыск, ни ордера на арест мужа нам не показали, когда мы начали требовать объяснений – по какому делу ворвались, по какой статье – ничего не объяснили. Ничего противозаконного у нас не нашли, об этом записали в протоколе, который был в единственном экземпляре. Его запечатали в конверт и забрали с собой. Мне ничего не оставили. 

Лаура Курджиева: Только через адвоката. Мы нашли адвоката в Дагестане, как только узнали, что Кемала туда везут. К моменту призачам был адвокат. Но его обманули, и первый допрос мужа провели с назначенным адвокатом. Из СМИ я узнала, что Кемала пытали и он дал признательные показания против Гаджиева.

ВАЙФОНД: Какой план действ а?

Лаура Курджиева: Первым делом нужно провести медицинское освидетельствование Кемала. Об остаов/blockquote>

Разговор с Лаурой Курджиевой состоялся накануне судебного заседания, на котором арестовали ее мужа. За день до суда адвокат Тамбиева Рашид Джафаров дал предварительную оценку ситуации своего подзащитного и оценил действия следствия:

Российское законодательство не позволяет допрашивать подозреваемого в присутствии назначенного адвоката, если у него есть адвокат по соглашению. Но здесь было сделано по другому. Я заявил ходатайство, под роспись отдал в канцелярию следственного комитета, что я являюсь адвокатом и без меня его (Тамбиева) нельзя допрашивать. Но вопреки этому следователь в судебном заседании говорил, что он ничего не получал из канцелярии, якобы он не знал, хотя я ему  предварительно звонил и говорил, что я являюсь адвокатом, чтоб без меня не допрашивали. Он дал туманные объяснения, что не он допрашивал. 

Тамбиев до суда находится в изоляторе временного содержания (ИВС) в Махачкале, в обычных для изолятора условиях. Там фельдшер осматривал его, зафиксировал кровоподтеки, которые были на лице, ссадины, кровоподтек под левым глазом. Мною сделан запрос в ИВС, чтоб мне предоставили результаты освидетельствования.  

Я сомневаюсь, что показания Тамбиева могут лечь в основу обвинения против Гаджиева, у них там много косяков, в протоколе допроса много несовпадений. Главное, конечно, это допрос с адвокатом по назначению при наличии адвоката по соm>- /wp:quote –>

Советский суд Махачкалы арестовал Кемала Тамбиева в закрытом заседании, на котором настаивал овнамерении добиваться госпитализации для полного обследования Тамбиева. Ранее он сообщил, что был неоднократно избит и подвергся пыткам. Брат Кемала Тамбиева Ислам в комментарии ВАЙФОНДу отметил, что прокурор обосновал требование арестовать обвиняемого письмом СБ, в котором утверждается, будто бы родственники хотят вывезти Кемала за пределы России. «Адвокат будет подавать апелляцию», – добавил Ислам Тамбиев.

При копировании материала, ссылка на сайт обязательна